Мексика: антропологический музей Халапы...

Мехико — Тлакскала — Кантона — Веракрус — Пуэбла

Халапа ("Xalapa" или, по современному написанию, "Jalapa") – город на восточном окончании мексиканского плоскогорья, с которого начинается спуск к Мексиканскому заливу. По совместительству Халапа является столицей довольно большого штата Веракрус (а вовсе не более крупный и известный портовый город Веракрус) и местом расположения второго по значимости в Мексике (и, следовательно, в мире, ничего подобного в других странах я не видел) антропологического музея.

Музей находится не в центре, навигатор знал город очень приблизительно и пришлось повертеться по улицам Халапы, прежде чем мы припарковались чуть ли не перед самим входом. Воспоминания о вчерашнем вечере, текиле и жителях Тепеяуалько, жгли огнем изнутри, что вызывало адскую головную боль и я, поглощая в музейном кафе яичницу с черной фасолью и чили, думал, что зря мы сюда забрались, не до антропологии сейчас. Я ошибался.

Если греки, искусство которых легло в основу современного западного общества, искали правильные пропорции и гармонию, то жители мексиканского плоскогорья искусством стремились выразить что-то определенно другое. Какую-то мистическую силу, легенды о которой до сих пор живы среди некоторых индейских народов? Или, может, особый способ воздействия на человеческое осознание? Особенно это относится к заложившим месоамериканскую картину мира ольмекам, которым в Халапе посвящены сразу несколько залов.

Фантастические образы ольмеков с обилием гладких контуров и непропорционально увеличенными головами совсем не похожи на то, что мы привыкли называть искусством. Антропоморфные фигуры, напоминающие безумных младенцев-уродов, огромные головы с большими губами и приплюснутым носом, все это определенно кажется объектами, не принадлежащими нашему миру.

По сравнению с ольмеками творчество более поздних культур типа тотонаков уже не производит должного впечатления. Я смотрел на подпоясанных змеями женщин и на бога в чужой коже, но не мог забыть взглядов, какими смотрели на меня яйцеголовые младенцы с узкими глазами. Мы достаточно посмотрели разного и думал, что мало что посягнет на обретенную способность ничему не удивляться, но ольмекские образы в музее Халапы, как и другие тайны, которые хранит мексиканское плоскогорье, напоминают, что в мире есть место непознаваемому, и, следовательно, удивлению.


Одна из ольмекских работ по камню. Не знаю как вам, а мне не по себе при взгляде даже на фотографию, хотя фотографии, к сожалению, не в силах дать тех ощущений, которые возникают при нахождении перед оригиналом.



А с гигантскими головами у ольмеков все было хорошо.


"Это корни твоей истории, твоя колыбель и твой алтарь. Ты услышишь голос безмолвия самой древней в Мексике культуры, возможно, материнской цивилизации нашего континента. Ольмеки превратили дождь в урожай, солнце - в календарь, камень в скульптуру, хлопок в ткани, походы в торговлю, холмы в троны, ягуаров в религию, а людей - в богов."








Так, для себя, краткая шкала времен цивилизаций восточной части Мексики




Младенцы








Влияние ольмеков на мексиканские цивилизации


Трансформация голов


Гусеница






И уже соседние культуры - Ла Бента, Трес Сапотес, Эль Тахин... Признаться, я был под сильным впечатлением первых залов и не обратил должного внимания на остальных.












И моя помятая физиономия.






Что-то похожее есть и на севере Аргентины


Бог весны, одетый в чужую кожу. Кожу, кстати говоря, сдирали с жертвы.


Зал тотонаков








Мир улыбок. "-... чего-то меня знобит от этого веселья..."


Макет Эль Тахина, крупного центра тотонаков недалеко от берегов залива.






Это вовсе не сиденья для унитазов, а какие-то артефакты для игры в пелоту.


Печати


Так изображали женщин, умерших во время родов.








И немного веселого


Кибергот? Вряд ли, скорее тлалок, бог дождя...