Перу: Лима (крепость короля Филиппа, Мирафлорес, что осталось)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

И последняя партия фотографий с довольно таки продолжительной поездки в Перу. Крепость короля Филиппа (Fortaleza Real Felipe), последний оплот колонии, формально находится даже не в Лиме, а в пригороде, рядом с портом. Являясь до сих пор военным объектам, крепость как будто сошла со страниц романа "Город и псы" Марио Варгас Льосы, вот-вот и среди несущих службу молоденьких солдат найдется и взвод кадетов со знакомыми лицами.

Впрочем, ассоциации со Льосой — единственное хорошее впечатление от крепости. Внутрь можно попасть только с организованной экскурсией, и экскурсовод водит по внушительного размера крепости, заводя в ничего особо не значащие залы, причем делая это настолько не торопясь, что хотелось сбежать (что мы в итоге и сделали). Окончательно нас довела сцена с пиратом, который минут 15 что-то вещал детской аудитории, заставляя всех остальных томиться от безделья в душном помещении.

Да и вообще, попытка Перу организовать некоторое подобие воинской славы (а страны, которая менее это заслуживала бы я даже не знаю) выглядит как-то смешно. В-общем, неинтересно, Куда интереснее рыбный ресторан по соседству. Было воскресенье и на воскресный бранч собирался празднично одетый народ, и я пожалел, что был без фрака, небритый, обросший и со следами ветра и солнца каньона Колка и Титикаки на коже. Последняя проба перуанской вычурной кулинарии и домой, к гречке! Точнее, сначала обратно в Мирафлорес, а потом можно и в аэропорт.

Вот и все про поездку в Перу. Мы были там весьма продолжительное время, удалось немного понять страну, пусть и мы далеки от осмотра всех интересностей. И, наверное, если не брать Венесуэлу (впрочем, я там был достаточно давно и, может, сейчас переменю свое мнение), Перу — самая дурацкая страна Латинской Америки из тех, где довелось быть.

Агрессивная окружающая среда (пустыня, горы и влажные леса Амазонии), сложности с инфраструктурой (как и в России, зачастую отсутствует приемлемый средний класс — или втридорога, или помойка), манера недостраивать дома и обилие помоечного вида пригородов (да и, чего уж, целых городов, и немаленьких) — все это можно было бы просто не заметить. Но сложно не заметить другое — нехватка того духа Латинской Америки, который так ощущается в Колумбии или Аргентине. Напряженные выражения лиц, отсутствующие взгляды, чрезмерная озабоченность жизнью — все это, в моем понимании, не должно быть присуще этой части света.

Но, с другой стороны, именно Перу хранит самые сокровенные загадки нашей планеты, до сих пор остающиеся без убедительного объяснения. Поразительной красоты природа, красочные наряды местных жителей и богатство наследия многих тысяч лет цивилизации, делает страну привлекательной для путешествий. Не для отдыха, а именно для путешествий. И, если судьба так сложится, что будет возможность еще раз туда поехать, я этой возможностью воспользуюсь. Надо же Мачу Пикчу посетить, в самом деле...


Порт Лимы со стороны башни крепости короля Филиппа.

Перу: Лима (национальный музей археологии и антропологии Перу)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

В Лиме остался недосмотренным национальный музей археологии и антропологии (точнее, там до фига всего недосмотренного осталось, но надо же на чем-то остановиться). Я всегда считал, что в подобные места нужно идти до того, как едешь, так сказать, "на места", т. е. изучать древние культуры по артефактам и информационным стендам до того, как ехать смотреть сами руины. Но тут вышло по-другому.

Музей Лимы, конечно, не может соревноваться с подобным чудом в Мехико, но там тоже есть что посмотреть. Пусть и немного неровно. Так, например, там просто прекрасный зал культуры Паракас и Наско, с огромным количеством прекрасно сохранившихся в песках тканей, керамикой и макетами могил с самыми настоящими древними мертвецами, вытянутые, загадочно деформированные черепа, многие со следами трепанации.

Глядя на мумии паракаса, я живо вспомнил пески полуострова Паракас, корморантов и морских львов и сладкое вино из пыльной, грязной Ики, которое мы пили, сидя на берегу, болтая с хозяином, который вместе с женой провожали нас как собственных детей в армию или, еще хуже, в тюрьму. Эх... Вот туда тоже хочется вернуться, только как-нибудь так, чтобы миновать дорогу. Впрочем, я же о музее.

Также неплохая и интересная экспозиция культуры Чавин, на руины которой мы не ездили, немного внимания инкам, а вот культур Титикаки — по минимуму. Упоминаний про башенные могилы Сильюстани или Кутимбо вообще не нашел. А залы "освободителей" (а музей располагается в реальном колониальном особняке в северной части города) вообще показались пустыми и неинтересными, как бы подчеркивая, что Перу в новой истории гордиться особенно нечем.

В-общем, неплохое место, чтобы помечтать, какую культуру Перу мы будем изучать в следующей поездке.


Загадочные деформированные черепа со следами трепанации культуры Паракас в музее Лимы

Перу: Пуно — Арекипа — Лима...

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

В-общем, как бы не хорошо было в Пуно (а мы уже вполне привыкли к местному климату и, думаю, могли бы найти себе занятие на ближайший месяц), но пора возвращаться в Лиму. Наутро отчаянно болела голова, и я спрашивал себя, какого фига я пил с индейцами писко накануне, пока ехал по практически не тронутому человеком плато Альтиплано в сторону Арекипы.

Красота Альтиплано, как и, уверен, любые красоты высотой 4000 метров и выше, она как будто не для людей. Редкие деревни и остановки выбиваются из общего ритма гор, и кажутся там чужими. Прозрачный воздух, скудная растительность и пики формой на любой вкус. Горные пики кажутся низкими, но это не так, до шеститысячника рукой подать, если ты находишься на 4700, в точке автомобильного перевала той дороги. Все кажется совершенно другим, чем внизу — озера, бурные реки, даже трава под ногами и та особенная. Если бы так не болела голова...

Но вот Альтиплано перешло в сыпучие горы западного склона, дорога змейкой пошла вниз, внимание сосредоточилась на ползучих боливийских фурах, я был занят обгоном в запрещенных местах, что и не заметил, как мы въехали в Арекипу. Наверное, перуанское Альтиплано — то, по чему я действительно буду скучать дома (ну еще немного по океану и писко).


Где-то на Альтиплано по дороге из Пуно в Арекипу

Перу: Пуно — город, что осталось...

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

И остатки фотографий с Пуно, города домов, из которых торчит арматура и ледяных ночей в любое время года. Специфическое место, мы несколько дней только привыкали к нему, а когда все-таки адаптировались, настало время уезжать. Вот так всегда... Дальше под катом — подборка фотографий двух последних дней в Пуно, рынки, площади, люди, чья жизнь проходит, в отличие от приличной центральной и северной Европы, на улицах, у всех на виду.

А в последней вечер случился бар. И не один. Выяснилось, что баров в Пуно чуть более, чем до фига. И совершенно разных — от баров-ресторанов с национальным перуанским уклоном до рок-баров. Понятно, нас заинтересовали последние, в которых мы и провели последний вечер. Писко-сауэр сменился пивом, потом чистым писко, мы смотрели клипы New Order, и, как только уже решили уходить, образовалась компания из двух полупьяных метисов, к которым потом присоединился почти что трезвый индеец. И понеслось.

Мы обсуждали политику, природу, музыку, для нас ставили видео The Cure и Heroes del Silencio, они Ольгу называли Оливией, а мы их — как придется, как вспомнится на тот момент. После подобных моментов наутро просыпаешься со смешенным чувством — не нужно было столько пить, и, как же здорово все получилось. Жаль, не сохранились адреса, по которым можно было бы им послать фотографии. В который раз убеждаюсь, что подобное общение с местными ведет куда больше к пониманию страны, чем штудирование путеводителей.


Мы с нашей перуанской компанией того вечера.

Перу: озеро Титикака — остров Такиле

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Если на острова Урос катера отходят из порта Пуно более-менее постоянно, да и плыть туда близко, то другие острова вблизи залива Пуно можно посетить только с однодневной (остров Такиле) или двухдневной (остров Амантани) экскурсиями. И там и там живут индейские коммьюнити, но мы все-таки выбрали Такиле (Taquile), как более доступный и требующий меньших затрат по времени.

По большому счету система осмотра острова с индейским коммьюнити та же самая, что и на Уросе — гид (одному посещать эти острова нельзя, ну или мы не очень поняли, как) рассказывает о быте и обычаях жителей ("-Девушки с большими помпонами — незамужние и ищут жениха, а жених должен уметь сшить себе такую шапку, чтобы через нее не просачивалась вода..."), после чего все отправляются смотреть на главную площадь и покупать сувениры.

Впрочем, специфика острова Такиле такова, что там прилично подниматься вверх, и, как выяснилось, не всем из нашей группы это оказалось по силам, четыре тысячи все-таки... А программу свободного времени среди сувениров мы обманули тем, что отправились в музей-информационный центр Титикаки, где посреди разнообразных артефактов неясного времени происхождения мы нашли главное — названия обитающих на острове птиц. Фотографии помещу для себя здесь, чтобы если еще раз там получится оказаться, мы были бы готовы встретить местных обитателей.

А кроме главной площади и живописных индейцев (совсем другого племени, чем на Уросе, они говорят на инкском кечуа и имеют собственную форму одежды и подчиняются другим ритуалам в одежде и жизни), на Такиле смотреть особо нечего. Заросшие крыши, террасы для выращивания кинуа и гигантской фасоли, да индейцы, которые тащат на себе ящики с кока-колой и прочими напитками из порта, ведь заставить вьючных животных там жить так и не вышло, единственный завезенный осел сдох от нехватки каких-то важных веществ, которые напрочь отсутствовали в пище на острове.

А главную гордость острова, ткани, мы так и не сумели оценить. Только я пришел в настроение как следует в спокойной обстановке обследовать содержимое развалов с различными местными изделиями, как откуда ни возьмись возник гид с требованием на чистом испанском языке (тут уже никакого кечуа...) направляться в сторону катера. Вот за такие моменты я и не люблю организованные туры и пользуюсь ими исключительно в случае крайней необходимости, когда без них нельзя. То есть как в случае острова Такиле.


Один из танцев, исполняемый индейцами Такиле. Наверное, исполняемый каждый день для приезжающих туристов и даже как-то оплачиваемый. Все в одежде что-то значит - и цвета, и большие помпоны, и пояса...

Перу: озеро Титикака — плавучие острова Урос

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Если вы спросите любого туриста, приехавшего на Титикаку в составе многочисленных туристических групп, что же вы хотите посмотреть на Титикаке, вам наверняка ответят — плавучие острова Урос (Uros). Ведь там, на протяжении веков местные, доинкские племена спасались то от одних могущественных воинов, то от других, строя плавучие острова и буквально уплывая из рук преследователей.

Надо думать, что преследователям те не были особо нужны, чтобы устраивать за индейцами осаду на воде, и потому могущественные цивилизации просто шли по берегам Титикаки, куда им было нужно, не отвлекаясь на нищих индейцев, которые добывали себе на пропитание рыболовством и охотой за птицами. Острова, лодки и дома строили из сухих водорослей тотора (totora), которые в изобилие растут по берегам озера, особенно в мелководье, неподалеку от Пуно.

Сейчас на этих островах еще живут индейцы, говорящие на древнем языке аймара (а не на инкском кечуа, как большинство индейцев по берегам), поддерживают острова и во многом сохраняют традиционный образ жизни. Последний разрекламирован ЮНЕСКО как достояние человечества, входит во все путеводители, а сами острова являются весьма популярным туристическим направлением. И, кажется, что сейчас индейцы зарабатывают на жизнь уже не столько рыболовством и охотой, сколько туризмом, продавая туристам всякие в меру оригинальные поделки, а также принимая у себя туристические группы и демонстрируя им себя и свой быт.

О чем-то таком я думал, когда нас все-таки уместили в одну из многочисленных лодок, отправляющихся из порта Пуно на острова Урос тем утром. По количеству лодок было неясно, как небольшие острова их смогут принять, но выяснилось, что этих островов достаточно много, так, чтобы по одной-двум лодкам на каждый остров.

На острове вас с охотой научат паре слов на айвари, покажут, из чего состоят острова, как часто они их строят (остров "живет" несколько десятилетий, после чего необходимо строить новый), продемонстрируют чумазых детишек, прячущихся в домиках с крышей из сухих водорослей, а также предложат покататься на "тоторовой" лодке, на которой ездят, отталкиваясь длинным шестом от дна озера.

Впрочем, за домиками припрятаны более практичные моторки, у мужчин из-под национального костюма зачастую торчат треники "адибас", и лишь тетки сохраняют аутентичность, все такие в шляпах-котелках и яркой одежде. И даже как-то верится, что они ее носят сами, без оглядки на возможных туристов. Так, например, я одну такую видел в супермаркете Пуно, когда она во всех своих юбках, накидках и котелке выбирала курицу. То еще зрелище, я скажу. Впрочем, это касается женщин всех индейских селений перуанского Альтиплано.


Один из красочных плавучих островов Урос

Перу: Пуно — храм плодородия в Чукуито, корабль Явари

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Чукуито, помимо глиняных церквей с поросшими травой башнями, интересен еще своим древним "храмом плодородия", которым мне хочется назвать "садом", ведь каменные фаллосы более напоминают грибы, спрятанные как в коробке каменными стенами. Найти этот сад оказалось нетрудно, первый же спрошенный нами индеец на главной площади указал направление в сторону очередной заросшей церкви, рядом с которым была площадка, которую я поначалу принял за кладбище.

Храм древних уже стоял здесь, когда появились инки. Поэтому дошедшие сведения невелики и сложно сказать, какие ритуалы сопутствовали в тех местах культу плодородия, воплощением которого стали множество как будто растущих из земли каменных фаллосов. Вот и мы засомневались, как бы лучше показать свое уважение чужеземным богам, и не нашли ничего лучше, чем подбросить им листьев коки.

И обратно в Пуно, где примерно на полпути домой, рядом с одним из самых пафосных отелей Пуно, мы обнаружили корабль Явари (Yavari). Сделанный в Англии в XIX веке, он по частям был транспортирован сначала в один из тихоокеанских портов, а затем — на мулах на озеро Титикака, на высоту почти что 4000 метров. Работал на натуральном топливе, лепешках из-под альпак, разводимых индейцами. Потом на дизеле, пока не отпал из-за развития дорог и отсутствия необходимости локальных перевозок грузов, не был куплен какой-то благотворительной организацией и не превращен в музей.

Не могу сказать, что я большой любитель бродить по корабельным внутренностям — там тесно для моего роста, да и я все равно ничего не понимаю. Но все равно от экскурсии, которую на ломаном английском (из-за того, что вторую половину группы составляли новозеландцы), остались приятные воспоминания.


Храм плодородия в Сукуито, как сад из каменных грибов-фаллосов...

Перу: Пуно — погребальные башни Кутимбо, Хули, Чукуито

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

И остатки фотографий с погребальных башен Кутимбо. Удивительные сооружения, оставленные древними, и сейчас будят воображение. Хочется представить себе что-то масштабное, эдаких жителей погибшей Атлантиды, умевших летать, обтесывать гигантские камни и рыть туннели длиной в тысячи километров, не зная при этом железа. Есть ли в этих "научно-популярных" домыслах что-то от правды, я не знаю. Как не знаю, смогу ли оказаться еще раз в Кутимбо, но точно то, что это место — одно из самых потрясающих мест, которые мне довелось посетить.

Пробродив по плоской горе с пару часов, мы вернулись совсем не уставшими и полными сил (а Дон Хуан предупреждал о свойствах местах силы), вот только они сразу же куда-то делись на дороге к городку Хули (Juli), что в нескольких десятках километров в сторону боливийской границы от Пуно. Городок известен старинной церковью, где сейчас музей (не фотографировать), но к тому времени мы уже выдохлись и не смогли оценить.

Наутро отправились опять же в сторону границы с Боливией, чтобы заехать в деревню Чукуито (Chucuito), где лонли плэнет обещал "сад плодородия", состоящий из каменных фаллосов. Но об этом, опять же потом, а пока — потрясающие башни Кутимбо, странный город Хули и колоннады из необожженного кирпича в Чукуито.


Башенные могилы древних в Кутимбо

Перу: Пуно — индейские деревни Атунколья, погребальные башни Кутимбо

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Прямо на подъезде к Сильюстани находится индейское коммьюнити Атунколья (Atuncolla), состоящее, помимо деревни с глиняными домами (недостроенные кирпичные строения с торчащей арматурой сразу куда-то пропали), из разбросанных вдоль дороги небольших индейских хозяйств, куда можно заглянуть и полюбопытствовать, что там. Эдакая попытка организовать сельский туризм по-перуански.

"А там" оказались какие-то смешные куры, куи (морские свинки), приятная индейская пара, с которой можно было поболтать об индейской деревенской жизни ("-Да, куев мы сами едим только на праздники, больше отвозим на рынок, а сладкая картошка в том году не уродилась, пришлось запасать юку..."). К сожалению, над всем этим витал призрак того, что мы не особо знаем, что со всем этим делать, да и вообще, пора в дорогу, нас ждут новые свершения.

К этим свершениям можно отнести посещение еще одного "места силы" (пользуясь терминологией Дона Хуана) — башенного погребального комплекса Кутимбо (Cutimbo), который находится в паре десятков километров на юго-запад от Пуно, и, в отличие от Сильюстани, практически неизвестен не то что среди туристов, но даже среди местных. По крайней мере так сказали остановившие нас для проверки документов полицейские.

Когда я увидел гору с плоским верхом наподобие венесуэльских "тепуев" и то, что вокруг, если не считать активную стройку в соседнем индейском коммьюнити, никого, я, признаться, подумал, что и деньги некому будет платить за вход. Но не тут то было. Мы уже дошли до середины подъема, когда откуда не возьмись появился индеец с пачкой билетов. "-Буэнос диас!", сказал я. "-Буэнос тардес!", ответил индеец, бросив взгляд на часы, показывающие пять минут первого. Да, вот так все четко, просрочил 5 минут с полудня, и уже тардес.

Собственно, в Кутимбо находятся несколько башенных захоронений (не хуже, чем в Сильюстани), а также пещера с древней стоянкой и рисунками. И вокруг — никого (как только скрылся индеец с билетами). Место оказалось весьма фотогеничным, поэтому часть фоток с Кутимбо — сейчас, остальное — потом.


Так разводят "куев", морских свинок, жаренные тушки которых являются традиционной перуанской кухней (и запиваются разновидностью бренди, писко).

Перу: Пуно — могилы Сильюстани

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

С какой бы стороны не смотреть ранее сделанные фотографии, нельзя не спросить — Перу же известно не за это?! И, если не считать загадочных могил и рисунков Паракаса, это будет так. Благодаря многочисленным научно-популярным и историческим фильмам, Перу как страна обрела популярность в первую очередь благодаря загадкам древних цивилизаций. Таинственные постройки Мачу Пикчу, огромные каменные основания домов в Куско, таинственные геоглифы пустыни Наска и Паракаса. Вот, думаю, то, что вспомнит любой, забыв при этом город, который является столицей Перу.

В нашем путешествии большинство вышеприведенных мест мы посетить не успели (обязательно вернемся!), и из того, что перечисляется в загадках древних цивилизаций Перу, можно, пожалуй, к ним причислить лишь башенные захоронения Сильюстани (Sillustani), что всего в десятке километров от съезда с трассы Пуно — Хулиака (центральный город и аэропорт региона).

На полуострове, уходящем в горное озеро, притаилось древнее захоронение, или чем его считали предки современных перуанцев. Группы могил разбросаны на существенной площади, проход по которой организован весьма сумбурно, указывающие стрелки постоянно друг другу противоречили и норовили загнать нас в какой-нибудь неудобный угол.

Не знаю, есть ли какие откровения в башнях, построенных из булыжников или отделанных белой штукатуркой, но по крайней мере мы увидели ту кладку из огромных монолитов, которой восхищались исследователи Мачу Пикчу и Куско. Действительно, монументальные камни были непонятным образом (для нашего преставления об умениях того времени) отесаны и пригнаны друг к другу так, что кажется, что они будто специально созданы друг для друга и в зазоры нельзя просунуть и травинки.

Если эти башни действительно являются строениями инков (хотя многие так не думают), то инки были гениальными инженерами. Наверное, как и римлянам, их пристрастие к четким углам и правильным пропорциям не позволило совершенствовать остальное искусство. Может, поэтому, большинство инкского наследия носит весьма утилитарный характер — чтобы не развалилось.

Но, может, все и не так. Может, эти могилы были, как и линии Наска, построены задолго до инков, которые лишь пытались подражать древней кладке. Может, и правда существовала древняя раса, представители которой умели летать достаточно высоко, чтобы оценить геоглифы, создавать гигантские каменные глыбы, идеально пригнанные друг к другу, а также прорывать туннели, длиной в тысячи километров. Ведь, говорят, туннели от Титикаки ведут ни много ни мало в сам Эквадор.

Все может быть. Но, имхо, нельзя забывать о том, что, будучи лишенными другого материала (железа и т. д.), люди могли достичь высот познания камня, нам неведомых. Возьмите, например, древнюю культуру Оркнейских островов — как сейчас создать такие сбалансированные камни? Фантазии, скажете вы. Что ж, возможно.


Исследования загадок древних цивилизаций в Сильюстани

Перу: Пуно (город, порт, вечер на Титикаке)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Порт Пуно давно не пестрит разнообразными торговцами с других городов берегов Титикаки, его оккупировали продавцы туров на острова озера. Например, на плавающие острова Урос, куда можно попасть, подойдя к причалу практически в любое светлое время суток, или на более удаленные Амантани или Такиле. Мы пока не были готовы, поэтому всего лишь насладились густой зарослью прибрежной тины, в котором безуспешно барахтались катамараны с едва различимым профилем селезня Макдака, как будто агонизируя в этом море высокогорной безысходности.

Хотя в Пуно все совсем не так уж плохо. Туристические улицы изобилуют модными ресторанами (хотя тут вам не Лима или Арекипа, разумеется), а по вечерам так и манят ледяные воды озера, в которых практически идеально отражаются огни города. Сказать, что вечера на Титикаке (если вы их, разумеется, не просидели в баре) — потрясающие, значит сказать ничего или очень скупо.


Вечер на Титикаке

Перу: Пуно (вечер на Титикаке, музей Карлоса Дрейера, город...)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Озеро Титикака (смешное название, верно?) — самое высокогорное озеро в мире (более 3900 метров высоты), приспособленное к судоходству и второе по площади поверхности на материке после жаркого венесуэльского Маракайбо. Разделенное примерно пополам между Перу и Боливией, озеро само по себе имеет историческую ценность. Отсюда вышел первый инка, основатель великой империи, именно там инки установили "центр мира", а берега озера усеяны многочисленными археологическими руинами, одна загадочнее другой, как это водится в Перу.

К сожалению, острова Солнца и Луны, как и руины Тиуанако, находятся на стороне Боливии и не были нам доступны для исследования. Почему? Все просто, для въезда в Боливию на границе надо платить по $50 за сбор, да и прокатную машину туда не пустят, да и вообще Боливия интересна сама по себе и мы непременно посетим ее как-нибудь. Как-нибудь, то есть потом, а пока можно сосредоточиться и на перуанской части.

Столица региона, город Пуно (Puno) расположился амфитеатром, спускаясь к озеру, точнее, к одному из его мелководных заливов, с окрестных холмов. Большей частью состоящий из недостроенных домов с торчащей арматурой из кирпичных стен и оснований, Пуно все-таки  может что-то предложить посетителю. Скажем, музей Карлоса Дрейера с артефактами с окрестных раскопок культур Тиуанако, Пукара и каких-то еще. Там же притаились богатые подношения из таинственных башенных могил Сильюстани (Sillustani), картины старого Пуно (не фотографировать!) и что-то еще.

Сам же Пуно, если не считать баров с писко и заваренными "в крутую" листьями коки, интересен более самим озером. Уж не знаю, влияет ли так высота, или еще чего, но каждый закат был как откровение, хотелось раствориться в прозрачном воздухе высоких анд, предварительно закутавшись в пару одеял.

Отельная зона находится немного к северу от города, и каждый вечер мы ходили пить вино на озеро (да, пили вино на высоте 3900), смотрели на закаты и пугали уток, которые с диким шумом вылетали буквально из-под ног, когда мы проходили по низкому деревянному мостику, чтобы найти примирение с окружающим и, может, почувствовать призраки инков в колыбели их цивилизации, которую они, как и положено сделать с каждой колыбелью, покинули много лет назад, уйдя в Куско и Мачу Пикчу.


А еще индианки в этом регионе ходят в котелках типа таких. Причем в разных моделях, в вовсе не в разноцветных шляпах-беретах, как в индейских деревнях каньона Колка. Но забегая вперед скажу, что это только в Пуно, на островах озера уже все не так.

Перу: каньон Колка, парк Салинас и Агуадас Бланкас, Альтиплано по дороге в Пуно

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Вот и пора выбираться из каньона Колка, в котором мы и так провели больше, чем достаточно времени. Пора двигаться дальше, через болотца парка Салинас и Агуадас Бланкас, что между Арекипой, каньоном и западной частью андского плато Альтиплано, в Пуно, столицу одноименного высокогорного региона Перу на озере Титикака.

Горное плато Альтиплано в этой части простирается на сотни километров в ширину, прежде чем обрушиться зелеными склонами Кордильер в тропическую Амазонку. Дорога проходит через перевал 4900, чтобы чуть спуститься к информационному центру национального парка, откуда, сливаясь с основной трассой на запад из Арекипы, минует поразительные по красоте, но при этом как будто мертвые пейзажи высоких Анд.

Там совсем немного поселений, там вообще мало кто живет, лишь иногда мелькающие гуанако, чилийские розовые фламинго, да редкие овцы напоминают, что мы не на Марсе. Природная зона "пуна" горных плато Южной Америки вполне оправдывает свое название (с языка инков, кечуа, "пуна" переводится как "пустынный"), но именно она должна была стать нам домом на ближайшее время.


В парке Салинас и Агуадас Бланкас, где множество вот таких "луж" дают жизнь многочисленным видам птиц, а иногда мелькают стройные гуанако, дикая разновидность лам.

Перу: каньон Колка (трек в оазис Сангалье)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

И к самому мистическому переживанию всего путешествия, к треку в оазис Сангалье (Sangalle), дорога к которому спускается от площадки в километре от Кабанаконде, проходит по сыпучим камням скал каньона Колка вниз на более чем 1200 метров абсолютной разницы по высоте и около четырех километров дороги. Я давно понял, что "наш девиз — отвага и слабоумие", и этот "поход", если так можно выразиться, это только подтвердил.

Еще спускаясь по крутым скалам вниз, мы видели только идущих навстречу людей, с нами вниз не было никого. Попадающиеся трекеры были красные как раки от натуги, то и дело останавливались и жадно глотали запасенную воду. А они вышли из оазиса ранним утром, чтобы миновать жару, которая совершенно не чувствуется в высокогорном Кабанаконде, но весьма существенная внизу.

Дорога вниз заняла порядка трех с половиной часов, мы еще были веселы, никуда не торопились, фотографировали потрясающие виды каньона (и хорошо, по дороге наверх было не до этого) и подшучивали над попадающимися туристами — мы же не такие, мы же подготовленные спортзалом и всем прочим. Внизу, в неожиданном оазисе из густой поросли пальм и цветов, есть пара "лоджей", где можно остановиться, передохнуть, поплавать в бассейне с ледяной водой, наблюдая уходящие далеко вверх скалы каньона под пение птиц. Рай, да и только, если бы не жужжание непонятно откуда взявшихся кусачих мух. Вот бы остановиться там спокойно на ночь и утром пуститься в обратный путь.

Но у нас были свои соображения, хотелось вечером уже прийти в Кабанаконде, кроме того, я боялся подъема в полной темноте, которая весьма быстро окутывает каньон после захода солнца, и нам пришлось выйти в самую жару, под понимающие и сочувствующие взгляды индейцев, которые работают в лоджах.

Оказалось, что на всем пути наверх в это время суток нет не одного участка тени, ветер, гуляющий наверху, там тоже отсутствует. Пот заливал глаза, когда мы карабкались наверх под палящим солнцем, стараясь не потерять равновесие и не сгинуть в бездонной пропасти каньона, два литра воды ушли моментально. В конце концов, когда мы окончательно обессилили и буквально упали на тропу, наверху показались величественно парящие кондоры, которые до этого момента не были замечены в это время суток. Видимо, в каньоне принято умирать по утрам.

Но все обошлось, солнце скрылось и оказалось, что вполне можно подниматься и при лунном свете, все не так страшно и это намного легче. И я никогда не забуду глаза индианки, которая продала нам четыре литра воды, когда мы все-таки добрались до  Кабанаконде.


Оазис Сангалье в каньоне Колка

Перу: каньон Колка (Ичупампа, в горячих источниках Янке, Кабанаконде)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Недалеко от мертвого Уйо-Уйо есть деревня Ичупампа (Ichupampa) с квадратной центральной площадью (тоже мне неожиданность) и церковью (опять неожиданность). Дверь в церковь открыла пожилая индианка, немного удивившись "иностранным туристам" в это время суток, и терпеливо ждала, когда мы наконец насмотримся на нехитрый, но оригинальный интерьер и можно будет идти обедать.

А на обратной дороге все-таки опробовали источники Янке. Что-то в этом есть — лежать в теплой минеральной ванне и наблюдать скалы каньона, уходящие куда-то вдаль. А если не полениться и все-таки вылезть из горячей ванны, то можно охладиться в ледяной воде реки Колка. Так, для контраста.


Горы в районе каньона Колка очень сыпучие, и подобную картину мы наблюдали не раз.

Перу: каньон Колка (Кабанаконде, руины Уйо-Уйо)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Наверное, руины древних городов — не то, за чем едут в каньон Колка. Это не Мачу Пикчу и даже не пригороды Лимы. Тем не менее, кое-что в каньоне есть. Например, руины  города Уйо-Уйо (Uyo Uyo), которые находятся в нескольких километров от горячих источников Янке. От парковки (весьма цивильной относительно грунтовой дороги от Янке) тропа идет через террасы, засаженные разными видами кинуа, после чего поднимается к самому городу.

Впрочем, городом это назвать сложно — так, старое индейское поселение, жители которого впоследствии перебрались на другую сторону каньона в Янке. Остатки дорог, домов, центральной площади и церкви, все поддерживается в отличном состоянии и кажется, что, будь их воля, индейцы из Янке или Кабанаконде вернулись бы жуть туда. Обычно покинутым городам древности сопутствует некий таинственный дух, как память о забытых сегодня ритуалах и мистическом опыте. В Уйо-Уйо ничего этого не чувствуется.


Руины древнего города Уйо-Уйо, где жили индейцы каньона с доинкских времен до эпохи испанской колонии...

Перу: каньон Колка (дом последнего касика Янке, горячие источники, Чивай, Кабанаконде)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Индейские коммьюнити, как и во многих других странах континента, обладали (а некоторые и сейчас обладают) известной самостоятельностью. Так, глава самоуправления коммьюнити, "касик", был свой в каждой из деревень каньона Колка, а в доме потомка одного из последних касиков в Янке (Yanque) сейчас устроен весьма любопытный музей. Дом касика находится немного на отшибе, мы его нашли случайно в поисках дороги к мосту инков, постучали, дверь нам открыл какой-то янки, видимо, снимающий комнату, позвал пожилого индейца, который открыл нам музей и провел небольшую экскурсию.

От этого индейца, который свой рассказ сопровождал весьма доходчивыми жестами, мы узнали, по каким праздникам пили горько-сладкую чичу (кукурузная брага), как инки завоевывали земли, как испанцы утверждали на этих землях христианство, как жили индейцы каньона последние сто лет... В-общем, как будто сам сместился назад во времени на полчаса рассказа.

Этот индеец нам указал и дорогу к инкскому мосту через ущелье, рядом с которым бьют горячие источники. Помимо старинного каменного моста, сейчас там есть вполне современный автомобильный мост, а также подвесной, туристический, по которому можно за умеренную плату перейти к горячим источникам. На другом берегу реки устроены специальные бассейны, куда подается горячая (чуть ли не кипящая) вода, а немного в отделении желающие могут охладиться в ледяных водах реки Колка. Заметка о том, чем можно заняться завтра для расслабления, поставлена. Но пора ехать дальше.

И опять Чивай, который сложно пропустить, если хочется где-нибудь пообедать. Мы успели на весьма колоритный рынок, оказалась открытой церковь, а со второго этажа ресторана были прекрасно видны индейские тетушки в пышных, цветастых юбках, непременных шляпах (разных) и наброшенных пончо. Иногда с альпаками.


В доме последнего касика Янке, индеец - его потомок.

Перу: каньон Колка (исторические деревни каньона — Пинчольо, Мака, Ачома, Янке)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Вдоль каньона располагаются отмеченные в истории коренных народов Америки деревни, где в развалюхах из "сырца" (необожженной глины) ютятся последние представители гордых народцев каньона, которые пережили многих претендентов на эти очаги плодородия в бесплодных пустынях этой стороны Анд. Да, именно "народцев", во множественном числе, потому как каждая из деревень претендует на собственную культуру и быт. Хорошо, что язык там стандартизировали сначала инки, а затем испанцы, а так еще и разные языки были бы.

Построены деревни по одному принципу — идеальной формы главная площадь "Plaza de armas" с церковью (весьма самобытной с отчетливыми индейскими мотивами в оформлении), которая поддерживается в хорошем состоянии, не иначе, как на нее сбрасывают последние сбережения, полученные от эпизодической удачи с продажей сувениров проезжим туристам. Дома на главной площади подремонотированы и не разваливаются. От нее отходят улицы, где картина уже совсем другая.

Туристы бывают в деревнях по расписанию автобусов из Арекипы, которое местные индейцы, уверен, знают назубок. Так, например, в Янке (Yanque), самой большой и обеспеченной деревне, традиционные "танцы" проходят в 7 утра, чтобы перехватить туристов, спешащих на площадку в Кабанаконде наблюдать за кондорами. Поэтому непродолжительное оживление там можно заметить лишь по утрам, после чего все приходит туда, с чего началось — в сонную апатию, в которой перманентно находятся эти освещенные экваториальным солнцем горные индейские поселения на высоте от 3300 до 3800 метров.

На этот раз мы проехали мимо Пинчольо (Pinchollo), поглазели на яркие побрякушки (впрочем, почти точно такие же, как и в любом другом месте каньона) на маркете в Мака (Maca), сфотографировали фасад церкви в Ачоме (Achoma), что на безлюдной площади. Самой интересной оказалась Янке (Yanque), где оказался весьма пристойный археологический музей с репродукцией мертвой девочки инков из ледяной пещеры, которая сама находится в музее археологии Анд в Арекипе (об этом, уверен, вы уже читали на несколько постов выше), моделями индейских церквей деревень каньона, ну и просто фигня всякая индейская. Было интересно.


"Богатый" алтарь церкви в Мака

Перу: каньон Колка (кондоры в Кабанаконде)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Ну вот добрались и до кондоров. Почти что мистические, мрачнейшие создания гнездятся прямо рядом со смотровой площадкой на высоте порядка 3600 метров над уровнем моря недалеко от Кабанаконде. Пунктуальные птицы начинают кружить над бездонной пропастью ровно в семь утра, и улетают прочь, найдя мертвецов прошедшей ночи, в девять. С утра туда завозят автобусы с радостными туристами из Арекипы, и часам к восьми становится ощутимо тесно.

Впрочем, при виде этих величественных вестников смерти все остальное уходит на второй план. Они — прямо тут, они глядят на тебя и не видят. То есть пока не видят, пока ты жив. Они парят в трех метрах над тобой, смотрят своими бесцветными глазищами на толпу людей как на будущую пищу. Они заходят в очередной вираж, расправляя огромные, сильные крылья и обнажая белые пятна. Жутковатое, но прекрасное зрелище, я ничего подобного не видел в жизни.

То есть видел, но уже потом, в другой день, когда мы поднимались вверх по каньону, были готовы потерять сознание от жары и обезвоживания. Тогда они кружили над нами.


Взгляд кондора

Перу: каньон Колка (дорога по каньону, праздник в Кабанаконде)

Лима — Паракас — Арекипа — Колка — Пуно — Лима

Совсем рядом с деревней Кабанаконде, крайней деревне каньона, есть площадка на высоте более 3600 метров, с которой видно дно ущелья где-то в глубине. По утрам над этой площадкой парят кондоры, не обращая внимания на людей (по крайней мере на тех, что живы и здоровы), их интересует добыча внизу, а зрителям этого волшебного, но жутковатого зрелища представляется возможность если не потрогать их руками, то хотя бы сфотографировать их с близкого расстояния. Забегая вперед скажу, что зрелище действительно потрясающее, пусть я и стал после определенных происшествий к кондорам относиться по другому, со смесью страха и восхищения.

По вечерам кондоры тусят где-то в другом месте, разыскивая тех, кто умер или только собирается умереть, и площадка пуста. Ни гигантских птиц, ни туристов. Вот и получается отличное место для того, чтобы сфотографировать себя любимых на фоне заката и  уходящего более чем на километр вниз гигантского ущелья.

И, наконец, деревня Кабанаконде, где, наверное, из каждого дома торчит арматура, местные жители носят специальные шляпы, чтобы не быть похожими на жителей других деревень каньона, а редкие туристы собираются по вечерам в пиццерии при единственном хостеле, рекомендованным путеводителем Lonely Planet, чтобы рассказать, в какой богом забытой точке каньона они побывали на этот раз.

А еще в тот вечер в Кабанаконде был праздник. У индейцев Перу мало что есть материального, зато у них много праздников. Наверное, каждая деревня имеет по несколько святых-покровителей, праздники в честь которых проходят по два дня, не говорю уж о праздниках, захватывающих весь регион или всю страну. Мы попали на праздник какого-то святого, покровителя деревень каньона, и могу сказать, что более мрачного праздника я не видел во всей своей жизни.

Еще на закате начались шествия в стороны главной площади одетых в национальную одежду женщин (мужчины в лучшем случае были в штанах, шляпах и футболках, а так — в трениках), сопровождаемые адской какофонией на разнообразных духовых инструментах. После на площадь подтянулись переносные ларьки с какой-то подозрительной снедью, а из соседних ларьков туда перекочевали ящики с пивом и какой-то брагой.

Как стемнело, начались танцы. На тускло освещенной площади под светом единственного прожектора, друг с другом соперничали несколько духовых оркестров, издавая трудновыносимую звуковую кашу. Группки индейцев, из тех, кто был еще способен стоять на ногах, устало пытались что-то танцевать около каждого из оркестров, остальные же ежились от холода, сидя с бутылкой на поребрике мостовой. Вся сцена вызывала стойкое ощущение уныния и тленности бытия. И, изрядно замерзнув, трезвые (вино на высоте 3600 в тот день упорно не шло), мы отправились в гостиницу ожидать следующего дня.


В каньоне Колка рядом с Кабанаконде на площадке кондоров