“Татев, ночь на 1600 метров ближе к небу, монастырь кажется пустым в свете звёзд, лишь тусклые фонари освещают вход и лачугу с надписью «запрещено», оттуда доносятся голоса. Горят окна в двух церквях. В соборе Петра и Павла пустынно, как будто там никого не было с самого дня, но свечи горят. В церкви Григория Просветителя слышен шум голосов. Из лачуги выходит женщина, вся в чёрном, на мгновение кидает на меня подозрительный, чуть с неприязнью взгляд, и сразу же закрывает лицо чёрной повязкой, спешно исчезая за дверьми церкви.
Меня пробрало любопытство, что там происходит, дверь церкви была приоткрыта и удалось подсмотреть в щелочку, всего пару секунд, пока чья-то сильная рука не захлопнула дверь, чуть не ударив меня. Несколько человек расположились на полу, может даже вокруг чего-то, раскрыты книги, зажжены свечи, чей-то бас что-то торжественно произносит по-армянски (а, может, и не по-армянски), все мужчины одеты во что-то яркое типа красного с золотым. Я было попытался рассмотреть, что же было между ними, видя там разгадку к происходившему, но дверь захлопывается, и голоса постепенно затухают, слышны лишь редкие иранские фуры, форсирующие перевал.”
В-общем, так я понял, что во вторую церковь я не попал, и утром пошел наверстывать упущенное. Внутри нашел атрибуты вчерашнего (чем бы это не было), которые так и оставили лежать. Ну и удалось немного погулять по самому Татеву, небольшому селу, в котором мы остановились, прежде чем отправиться обратно, на север.
Татев, пастух гонит стадо на пастбище
Татев, дворик гостевого дома
Станция канатной дороги, которая соединяет противоположные стороны ущелья
церковь Григория Просветителя
По дороге
No comments:
Post a Comment